2014/02/10 11:39:27

Что социализм дал человеку

(Почти) ровно 33 года и три месяца назад чрезвычайное событие согнало меня с печи и бросило в горнило жизни. Называлось это событие "Московская Олимпиада-80". Сейчас, оглядываясь через левое плечо, можно сравнить тогдашний спортивный праздник с нынешним халтурным пиар-действом. Пусть зелёная молодежь узнает, наконец, что получили от этого события мы, ветераны, и чего никогда уже не получат они. Итак, в более-менее хронологическом порядке — в 1980 году мы получили от Родины числом и прописью:
  1. Сокращенный на 3 месяца весенний семестр (праздник-то какой!). В кои-то веки разрешение на досрочную сдачу в деканате подписывали не глядя (а какой же студент не знает, что досрочная сдача начинается с того, что ты входишь в аудиторию с видом отличника, а не как дрожащая тварь).
  2. Бесплатные курсы профессионального образования. Я вот за какие-то две недели стал кухонным рабочим сейчас-не-помню-какого разряда. Повернись жизнь по другому, - без работы бы не остался.
  3. Три месяца forced labor в подвале ФДС МГУ на проспекте Вернадского, срочно переоборудованного под олимпийскую гостиницу для гостей столицы из братских южных республик. Более того, за эту работу нам даже платили жалованье, рублей 60 в месяц, полторы стипендии. Вместе набегало, считай, жалованье м.н.с.-а без степени.
  4. Нейлоновую ветровку-"олимпийку" голубого цвета, пожалуй, самый ценный подарок. Ещё многие годы после того, как с неё стёрлось водоотталкивающее покрытие, она служила мне верой и правдой, на лыжах и на байдарке...
  5. Брошюру с ответами на возможные каверзные вопросы, которые нам могли задать недоброжелатели из-за рубежа. Первым среди каверзных вопросов был "Что социализм дал человеку" (развернутый предлагаемый ответ занимал несколько строчек, но каждый из нас к тому моменту уже сдал курс по научному коммунизму и легко мог превратить эти строчки в часовую лекцию о международном и внутреннем положении СССР). На вопрос об Афганистане предлагалось отвечать уклончиво, со ссылкой на интернациональный долг и американскую угрозу.
  6. Почти неограниченное количество финского апельсинового сока в тетрапакетиках, заметно отличавшегося по вкусу от грузинского апельсинового сока в трёхлитровых стеклянных банках.  
  7. Первое знакомство с замороженными каспийскими осетрами. Оказывается, эта чёртова рыбина громадная, тяжёлая и крайне склизкая в погрузке и перевозке. На вкус познакомиться не привелось: в отличие от апельсинового сока, осетры считались спецноменклатурой.
  8. Бесплатные билеты на матчи 1/16 финалов по метанию молота, городкам и, кажется, стоклеточным шашкам. В кассе эти билеты стоили рублей по 25, так что скрытая прибавка к жалованию составляла до 50 процентов (и не облагалась никакими налогами!). Те немногие, кто решился отоварить полученные талончики, были не разочарованы: трибуны были пусты, можно было садиться хоть в первый ряд, хоть в комментаторскую будку...
  9. Первое знакомство с кагэбешником, официально приставленным к нашей столовской бригаде, с тем, чтобы надзирать за кашрутом. Наверняка я и раньше был знаком с кагэбешниками, но до сих пор они никогда мне так не представлялись.  Парень был не сильно старше нас, курсант Высшей школы КГБ, но держался очень важно.
  10. Первый творческий успех. Поэма "Яков Заславский", написанная на рабочем месте чистейшей онегинской строфой и призванная стать энциклопедией советской жизни. Сначала свежесочинённые главы распространялись местными аэдами-добровольцами изустно, как русские былины или гомеровские поэмы, но с течением времени возникла необходимость в академическом издании канонического текста (дабы избежать искажений), что и было сделано общим количеством 1 (один) экз. для служебного пользования.
  11. Первые критические отзывы. Довольно быстро экз. для служебного пользования был попользован компетентной службой с целью выяснения, на чью мельницу лестницу мы с соавтором льём грязную воду. Мы ссылались на Пушкина и Белинского, но без большого успеха: цинизм и отсутствие духовных скреп (как сказали бы сегодня) торчали буквально из каждой онегинской строфы. Тем не менее, после совещания со старшими по званию, наш куратор решил, что прямой угрозы государственной безопасности данное сочинение не представляет, поэтому можно передать доверить дальнейшую работу по данному прискорбному случаю в Комитет ВЛКСМ МГУ им. М. В. Ломоносова.

Дальнейшее уже малосущественно и заслуживает разве что короткого упоминания телеграфным стилем. Комитет ВЛКСМ МГУ им. М. В. Ломоносова в те времена ещё не был избалован входящими на фирменном бланке КГБ СССР, поэтому от волнения хотел немедленно отчислить двух сорняков в благодарность за оказанное доверие. Вмешательство кафедр и научных руководителей смягчило беспокойные сердца комсомольцев, и, ввиду беспорочного завершения Олимпиады-80, под звуки песни про улетающего ласкового Мишу отчисление решено было заменить на расстрел условно выговор. После этого, конечно, мечты об аспирантуре пришлось засунуть между страниц брошюры про каверзные вопросы, оставалось только переквалифицироваться в управдомы и рассчитывать на истечение срока давности.

Расчёт оказался достаточно точным: через два года СССР впал в предсмертные андроповские корчи, потом в черненковскую кому, а потом затычку окончательно вынули и истекло всё остальное.



♣ Когда вы не сможете прочесть эту надпись здесь, вы сможете всегда её прочесть тут. А Оккам пусть бреется сам своей бритвой.

0 посетителей, 41 комментарий, 0 ссылок, за 24 часа