2014/02/01 21:23:08
Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков

А все-таки для операторов это всегда больше экономический вопрос до тех пор пока не перейдена красная линия. То есть если красную линию не переходить, то исключительно коммерческий вопрос. Они принимают самостоятельное решение, они тоже граждане этой страны, и они реагируют на то, на что болезненно реагирует всё общественное мнение.


Андрей Норкин, радиожурналист

На мой взгляд, телеканал "Дождь" сделал нечто настолько мерзкое и отвратительное, что сравнить это можно только с преступлением.

В нашей стране, в ее истории, очень мало событий, которые объединяли бы всех живущих в ней людей, всех граждан России.

Может быть, Великая Отечественная война –- единственное такое событие. И потому, исходя из перечисленных выше чувств "милосердия, сочувствия, сострадания", любой человек должен ясно осознавать: есть вещи, которые делать нельзя. Никогда, ни при каких обстоятельствах. Есть слова, которые произносить нельзя! И журналисты, если они журналисты, конечно, должны помнить это в первую очередь!

Ольга Алленова, корреспондент "Коммерсанта"

Да, вопрос мне не нравится. Да, он совершенно неправильно сформулирован. Но этот вопрос уже задают наши дети. Его будут задавать наши внуки. Если мы будем закрывать им рты, они перестанут спрашивать об этом у нас. Они станут обсуждать это в своих компаниях, где просто некому будет рассказать им, что такое война.

Посмотрите, сколько блестящих, грамотных ответов на вопрос «Дождя» появилось в СМИ. Скольких людей этот вопрос заставил что-то перечитать, обдумать, вспомнить? Впервые за сколько лет война в памяти общества ожила, стала близкой, горячей, больной? Этот вопрос пробил глянцевую поверхность, которой власть накрыла и замуровала наше прошлое, и оттуда, из-под плиты стали вдруг пробиваться образы, голоса, мысли – тех, кто жил тогда, в те страшные годы.


Аскольд Иванчик член-корреспондент РАН, историк

на мой взгляд, этот вопрос, при всей его очевидности, ложный, потому что ложна и породившая его официальная интерпретация блокады, появившаяся к тому же далеко не сразу: во время и сразу после войны ленинградские ужасы предпочитали замалчивать. Для того, чтобы эту тему обсуждать содержательно,следовало бы отказаться от мифологизированной версии истории, подразумевающей массовое самопожертвование для защиты города Ленина, и задаваться совсем другими вопросами.


Роман Лейбов, филолог

Задался вопросом: стоило ли не сжигать к едрене фене Содом и Гоморру, чтобы, например, тем самым спасти имеющихся там жителей?
Кажется, перешел все грани.
0 посетителей, 36 комментариев, 0 ссылок, за 24 часа