2013/06/03 09:33:08
Все же знают про этот роман Агаты Кристи. И читали. Самый популярный у нее роман.И самый страшный, пожалуй.
Для тех, кто не в курсе, или не помнят. Десять человек приглашаются на некий остров, и все по очереди погибают от разных смертей. В комнате же у каждого приглашенного висит написанная считалочка:

Десять негритят решили пообедать,
Один вдруг поперхнулся — их осталось девять
Девять негритят, поев, клевали носом,
Один не смог проснуться — их осталось восемь.
Восемь негритят в Девон ушли пото́м,
Один не возвратился — остались всемером.
Семь негритят дрова рубили вместе,
Зарубил один себя — и осталось шесть их.
Шесть негритят пошли на пасеку гулять,
Одного ужалил шмель — их осталось пять.
Пять негритят судейство учинили,
Засудили одного, осталось их четыре.Четыре негритёнка пошли купаться в море,
Один попался на приманку — их осталось трое.
Трое негритят в зверинце оказались,
Одного схватил медведь — и вдвоём остались.
Двое негритят легли на солнцепёке,
Один сгорел — и вот один, несчастный, одинокий.
Последний негритёнок поглядел устало,
пошёл повесился, и никого не стало.

Так вот - этого романа нет. То есть роман-то есть, но называется он иначе. И вовсе не автор его переименовала. И это не трудности перевода, это интрига на языке оригинала.
Собственно написана эта книжка было давно. В 1939 году. В Англии. Вот как выглядела ее обложка:



Гм. Ну да, это действительно выглядит несколько более предосудительно, нежели вот это:



В современной американской культуре и английском языке слово nigger носит очень оскорбительное выражение - которое наши замечательные переводчики американских романов, переводили, как "черномазый". А "негритенок" - это на русском вполне употребимое слово, даже умилительное в чем-то. Сразу фильм "Цирк" древний вспоминается - "спяаат медведи и слоны, дяди спят и тети..." (помните, да?)

Возможно правильнее перевод был бы - "десять негритосиков" - но уже выглядело бы иначе. И выглядит иначе. Но мало есть вещей трудней, чем перевести с языка на язык, сохраняя и фактическое, и эмоциональное значение иных слов. Иногда просто невозможно.
Ну так вот, видимо в 1939 году роман так назвать было можно. И видимо это вовсе не означало того, что писательница была расисткой. Она вообще-то имела в виду не афроамериканцев или какое-то угнетенное меньшинство, а каких то там абстрактных людей смуглого цвета кожи. Да и их появление в романе имеет исключительно прикладной характер - собственно негритята отсутствуют.

С тех пор много времени утекло. И настолько все изменилось, что не только nigger, но и слово "негр" (negro – "черный" (исп). считается предосудительным (хотя оно встречалось в соответствующие времена даже в антирасистских фильмах), да и слово "black" сейчас говорят с опаской, кроме конечно самих афроамериканцев. Оставим, впрочем, эти проблемы специалистам, а вот история дальше.
Поскольку слово "nigger" причислено к оскорбительным (у нас это называется hate speech), то американские издатели замечательного детектива не могли рисковать своей репутацией и прочим, продавая книгу с таким названием. Дело было уже в 1964 году.
И они ее переназвали (видимо с согласия автора, которая тогда еще была жива). Знаете как?
Они ее назвали "Ten Little Indians". "Десять индейчат"(? как там правильно перевести). Разумеется имелись в виду не индусы, а американские индейцы, или как их сейчас называют - Native Americans. Их борьба за их права закончилась довольно давно и плачевно, в те времена, когда аналогичная борьба среди афроамериканского населения и не начиналась, поэтому, возможно издатели не подумали о том, что это тоже может быть оскорбительно.
И считалочку тоже заменили:

"Ten little Indians went out to dine;
One choked his little self and then there were nine".

Все же, видимо, кому-то пришло в голову, что индейцы тоже могут возбухнуть, и роман снова переименовали. Теперь он называется "And Then There Were None". "И никого не стало". Все в порядке. Тем более, что была пьеса Агаты Кристи именно с таким названием - слегка переиначенный роман. Ну в общем, и все утряслось. Ни у кого никаких подозрений в расизме не возникает.

А считалочка сейчас выглядит так:

Ten little Soldier Boys went out to dine;
One choked his little self and then there were nine.
Nine little Soldier Boys sat up very late;
One overslept himself and then there were eight.
Eight little Soldier Boys travelling in Devon;
One said he'd stay there and then there were seven.
Seven little Soldier Boys chopping up sticks;
One chopped himself in halves and then there were six.
Six little Soldier Boys playing with a hive;
A bumblebee stung one and then there were five.
Five little Soldier Boys going in for law;
One got in Chancery and then there were four.
Four little Soldier Boys going out to sea;
A red herring swallowed one and then there were three.
Three little Soldier Boys walking in the zoo;
A big bear hugged one and then there were two.
Two little Soldier Boys sitting in the sun;
One got frizzled up and then there was one.
One little Soldier Boy left all alone;
He went out and hanged himself and then there were none.

Я вот думаю - обидятся ли солдаты? Наверное нет. Поскольку они солдатики. Ten Little Soldier Boys. Видите, уточнили, а то если бы написали Ten Little Soldier Girls – могли бы женщины обидеться. Сексизм, сказали бы. Хотя в Израиле может и не обиделись бы - там женщины в армии служат. Впрочем и здесь служат - недавно они отвоевали себе право сражаться на поле боя наравне с мужчинами, а не быть на более вспомогательных должностях. Они считают это победой, а я не знаю как к этому относиться. Возможно я становлюсь старым хрычом и ретроградом, которому не нравится новое время, или, точнее, который просто этого не понимает. Другое воспитание, знаете ли. Хотя я прекрасно понимаю, что времени и объективным процессам абсолютно наплевать на то, что нам нравится, и что нам не нравится.

PS. История показалась мне забавной, но на самом деле не очень. У меня даже спор с братом произошел - я сначала возмутился таким вольным обращением с названием в угоду политкорректности (при том, что я ненавижу расизм во всех его проявлениях). Я сказал - вон книгу "Mein Kampf" издают, а она ведь более расистская, нежели детектив Агаты Кристи. Ну и объясняют в примечаниях издатели, что это не руководство к действию, а плохой человек написал, читайте дети, чтобы знать, как выглядят плохие люди. Неужели нельзя чего-то подобного сделать - сослаться на времена там, и нравы.
А он мне ответил - Алик, знаешь, с одной стороны да, а с другой вот как бы ты отнесся, если бы кто-то написал "10 еврейчиков". Или еще хуже - "10 жиденят" - так, чтоб уж совсем было похоже.
Признаться, я не нашелся что ему ответить. Как в математике бывает - задача не имеет решения.
Хотя я иногда думаю, что если бы большинство людей было умные - то не нужно было бы роман переименовывать. Но возможно и оскорбительных кличек бы не было - умные люди их не сочиняют (хотя определения ума - они тоже разные).

Но это уж совсем утопия. Чтобы большинство людей были умными, добрыми. Размечтался я.

Спокойной ночи.


0 посетителей, 20 комментариев, 0 ссылок, за 24 часа